bettybarklay (bettybarklay) wrote,
bettybarklay
bettybarklay

Category:

Миллионы Голенищевых.

Пушкинский музей (ГМИИ им.Пушкина) в Москве состоялся как результат замысла и воли Ивана Владимировича Цветаева и поступивших при различных обстоятельствах в собрание музея частных коллекций. Для собирания и содержания коллекций нужны деньги.

Коллекционеры - люди, одержимые страстью коллекционирования, но в своем ослеплении страстью они не жалеют денег и не задумываются о том, что станет с их собранием после того, как они покинут этот мир, или когда у них не станет средств эту коллекцию содержать. Может быть, это и хорошо, что они делают то, что должны делать, не заботясь о том, что будет. Их страсть при благоприятных стечениях обстоятельств создает музейные фонды, а предметы коллекции становятся достоянием публики, достоянием мировой культуры.

Музей в Москве знаменит импрессионистами и древне-египетскими сокровищами. Импрессионисты поступили из частных коллекций Щукина и Морозова, а египетские сокровища - из коллекции Голенищева.

В истории фамилия купцов Голенищевых и осталась благодаря этой знаменитой коллекции древностей, приобретенной у Владимира Семеновича Голенищева правительством России в 1909 году и поступившей в Музей изящных искусств им. Александра III, ставший потом Государственным Музеем изобразительных искусств им. Пушкина.


Ассирийский зал ГМИИ им.Пушкина в Москве. С детства меня восхищали эти пары крылатых человекоголовых быков из Саррукинового (Саргонового) дворца в Хорсабаде. Под животом у каждого из них находятся клинописные таблички с древними письменами: "Дворец Саррукина (Саргона), великого царя, могущественного царя, царя множеств, царя Ассирии, верховного жреца Вавилона, царя Шумира и Аккада, любимца великих богов, верного пастыря, которому Ашур, Набу и Мардук даровали несравненное царствование и славу имени которого они выдвинули... (перевод В.С.Голенищева)"

Голенищевы происходили из казанского купечества. Казанский купец Василий Семенович Голенищев владел небольшим, но крепким каменным двухэтажным домом на стыке Рыбнорядской улицы и Собачьего переулка. Дом был выстроен в 1806 году и располагался своим фасадом к Рыбной площади. В построенных в непосредственной близости от дома деревянных лавках купец Голенищев вел свою рыбную торговлю. Известно, что у купца были два сына - Семен и Петр, и дочь Евдокия.

Возможно, в 1840-х годах в Казани произошло знакомство Семена Васильевича Голенищева с Василием Александровичем Кокоревым, служившим с 1842 года приказчиком у казанского откупщика И.В.Лихачева. В 1844 году Кокорев совершил свой дерзкий поступок, ставший поворотным пунктом в его жизненной карьере: подал записку в правительство о необходимости преобразования системы винных откупов. Правительство для претворения на практике его системы получения "питейного дохода" выделило ему задолжавший в казну более 300 000 рублей Орловский винный откуп, который Кокорев успешно в три года превратил в прибыльный.


Так и хочется сказать: "Судьба ласкает молодых и рьяных..."
Карл фон Штейбен (Carl von Steuben) (1788 – 1856) Портрет Василия Александровича Кокорева. Около 1850 г. Холст, масло. Севастопольский художественный музей имени Михаила Павловича Крошицкого.


Вероятно, Семен Голенищев занялся винными откупами вместе с Кокоревым: в 1847 году Голенищев был уже орловским купцом первой гильдии. Одновременно последовало расширение дела Семена Голенищева. В 1848 году он стал саратовским, в 1850 году - виленским, а в 1851 году - царскосельским купцом первой гильдии. Его брат Петр Голенищев записался в пятигорские купцы первой гильдии. Удивительна столь широкая география дел братьев Голенищевых - не из отцовских капиталов, а сами нажили! Думаю, это объясняется владением винными откупами уже по новой системе Кокорева. Сколотив крупный капитал, Семен Васильевич Голенищев обосновался в Санкт-Петербурге.

Сестра Голенищевых, Евдокия Васильевна, вышла замуж за купца из Соликамска Петра Ионовича Черкасова, который тоже записался в царскосельские купцы первой гильдии и участвовал совместно в делах Семена Голенищева. Дела шли в гору. В 1850-х годах ему принадлежало крупное бумагопрядильное и ткацкое производство на Обводном канале под названием "Митрофаниевская мануфактура", где работало до 700 человек. Для обеспечения мануфактуры сырьем Голенищевым был образован торговый дом в форме полного товарищества. Голенищев вел дела с купцом третьей гильдии Осипом Леонтьевым и с мужем сестры - Петром Черкасовым. Торговый дом осуществлял поставки через Санкт-Петербургский порт американского хлопка. Имелся у Голенищева в Петербургской губернии кирпичный завод на реке Мге в имении Голохвастовой рядом с селом Усть-Славянка.

В Петербурге Семен Васильевич Голенищев женился на купеческой дочери Софье Гавриловне Серебряковой - венчание состоялось 26 апреля 1853 в Вознесенской церкви в Адмиралтейских слободах. Его поручителями при венчании были коммерции советник Василий Кокорев и царскосельский купец Петр Черкасов. 13 февраля 1857 Семен Васильевич Голенищев был возведен с семейством в сословие потомственных почетных граждан Царского Села. У Семена Голенищева родились трое детей: Надежда в 1854 году, Владимир в 1856 году и Борис в 1858 году, умерший в младенчестве. Семен Васильевич Голенищев умер в Париже в 1858 году в возрасте 37 лет.

Вероятно его смерти предшествовала болезнь. Голенищевым незадолго до смерти было составлено завещание, по которому фабрики, особняк на Исаакиевской площади, N 5, дачу на Аптекарском острове, а также 600 тысяч рублей серебром наследовала его вдова Софья Гавриловна; 100 тысяч рублей он завещал брату - пятигорскому купцу первой гильдии Петру Голенищеву; еще 100 тысяч рублей - известному в то время в столице артисту Федору Бурдину (причина такой щедрости для меня осталась тайной); 25 тысяч рублей - компаньону, петербургскому купцу третьей гильдии Осипу Александровичу Леонтьеву, а оставшиеся деньги детям - два миллиона рублей.

Софья Гавриловна распорядилась переписать фабрики на детей. Был создан торговый дом "Наследников С.В.Голенищева". Сама она купеческими и промышленными делами не занималась, никакого интереса в коммерции не находила и опытом не обладала. По причине малолетства детей управление делами взял на себя Петр Ионович Черкасов - муж их умершей к тому времени тетки. Кирпичный завод в то время выпускал кирпичи вот с такими клеймами:


Кирпичные клейма кирпичного завода "Наследников Семена Васильевича Голенищева" (НСВГ)

Производственное здание бумагопрядильной фабрики наследников Голенищева было выстроено архитектором Цезарем Альбертовичем Кавосом еще при Семене Голенищеве в 1836 году на Набережной Обводного канала. Цезарь Кавос - дед Александра Бенуа и сын Катерино Кавоса, приехавшего из Венеции вместе с итальянской труппой, в которой выступала певица Тереза Мачиурлетти, бывшая вместе с Луи Буисом первыми русскими придворными парфюмерами Александра I.

К сожалению здание мануфактуры, выстроенное Цезарем Кавосом на набережной не сохранилось. Сейчас на месте мануфактуры Голенищева и впоследствии Митрофаниевской мануфактуры находится комплекс зданий Товарищества Российско-американской резиновой мануфактуры "Треугольник".


Вид Обводного канала с Николаевской железной дороги в те времена, когда Семен Михайлович Голенищев еще был жив и его мануфактура давала прибыль. Вот в таких условиях наживались миллионы серебряных рублей! 1850-е годы.

Воспитанник Первой Санкт-Петербургской гимназии, сын потомственного почетного гражданина, Владимир Семенович Голенищев, поступил и окончил полный курс Императорского Санкт-Петербургского университета со степенью кандидата восточных языков в 1879 году. Делами и коммерцией он не интересовался, был увлечен наукой и не было никаких оснований рассчитывать, что он возьмет коммерческие дела в свои руки.

Его сестра Надежда, невеста с большими деньгами, в 1873 году стала женой дворянина Николая Михайловича Вонлярлярского, в то время служащего в Военном министерстве, затем адъютанта военного министра, через год после свадьбы произведенного в полковники. Во время Русско-турецкой войны 1877-78 годов он при министре сопровождал в поездку императора Александра II в район театра военных действий. Его младший брат Владимир Михайлович Вонлярлярский, кавалергард, служил ординарцем при великом князе Николае Николаевиче, затем был назначен его адъютантом. Принимал участие в военных действиях.

Владимир, прекрасный наездник, всегда был близок с монархическому семейству - его восприемницей при крещении была императрица Александра Федоровна, супруга императора Николая I. Но карьеры он не сделал "по семейным обстоятельствам".

Брак старшего брата Николая с Надеждой Голенищевой был заключен в 1873 году. Шли годы, а детей не было. Так уж получилось, что у младшего брата Владимира с женой старшего брата возникли более чем обычные родственные отношения и результат этих нежных отношений выразился в том, что Надежда ждала от него ребенка. Разразился скандал. Роман с женой брата прервал так хорошо складывавшуюся карьеру бравого кавалергарда. В 1881 году Владимир Михайлович Вонлярлярский вышел в отставку полковником с чином и мундиром "по семейным обстоятельствам".

Их сын Дмитрий родился в 1880 году, а брак между Николаем Михайловичем и Надеждой Семеновной был расторгнут только в августе 1881 года. Сын Владимира Вонлярлярского родился в законном браке его брата Николая с женой Надеждой, и поэтому был крещен как Дмитрий Николаевич Вонлярлярский. После развода со старшим братом Надежда Семеновна вышла замуж за младшего, Владимира Вонлярлярского, который, выйдя в отставку с военной службы, занялся устройством дел в своем поместье в Новгородской губернии, где служил по выборам и устраивал разные предприятия. Кроме Дмитрия у них родились Андрей (1882), Мария (1886), Георгий (1888).

Однако дела торгового дома "Наследники С.В.Голенищева" складывались трудно. Кирпичный завод был продан еще в 1868 году, а на Митрофаниевской фабрике доходность снижалась. Семейное дело требовало участия хозяина, но хозяина не было. В феврале 1881 года при участии Петра Ионовича Черкасова была проведена реорганизация и учреждено паевое Товарищество Митрофаниевской мануфактуры бумажных изделий. Уставной капитал компании составил 1 млн. рублей и состоял из 1000 именных паев, номиналом в 1000 рублей. Владимир Голенищев и его сестра Надежда Вонлярлярская стали владельцами соответственно 475 и 465 паев - брат и сестра контролировали 90% капитала товарищества. По пять паев принадлежало их двоюродным братьям, сыновьям Петра Васильевича Голенищева, Сергею Петровичу и Роману Петровичу Голенищевым. Сергей Голенищев владел своим делом - переплетной мастерской, а Роман был гражданским инженером. Они совместно с сестрами владели доходным домом по Подольской улице, 31.

Делами товарищества управлял Петр Черкасов, но он умер в 1885 году. В это время Владимира Голенищева, бывшего одним из главных пайщиков товарищества, не было в России, а если бы он и был, то это нисколько не повлияло на ситуацию, поскольку занятие коммерцией не вызывало у Голенищева никакого интереса. Он с 1879 года регулярно стал посещать Египет, на свои средства организовал исследования, собирал коллекцию, читал древние папирусы...


Владимир Голенищев в Египте. Фотография из архива ГМИИ им.Пушкина.

Иными словами, зарабатывать деньги было некому. Поэтому, все управление делами было возложено на энергичного Владимира Михайловича Вонлярлярского, у которого в Товариществе было 10 паев.

Управление коммерческим делом требует специальных способностей, которые не входили в число достоинств Владимира Михайловича Вонлярлярского. Прибыльность фабрики продолжала снижаться, появились убытки, достигшие к 1893 году почти 170 000 рублей. Через пять лет убытки Товарищества составляли уже 1 300 000 рублей. Владимир Голенищев полностью устранился от дел, передав по доверенности управление своей долей в Товариществе матери, Софье Гавриловне, и коммерции советнику Ивану Гавриловичу Кухнову. Кухнов был председателем правления Товарищества Ново-Сампсониевской мануфактуры бумажных изделий, с которой Митрофаниевская мануфактура составила производственную кооперацию.

Вонлярлярский объяснял "малоуспешность" Товарищества Митрофаниевской мануфактуры недостатком оборотного капитала и устарелым оборудованием фабрики. Для преодоления технической отсталости он заключил договор о сотрудничестве с английским подданным И.П.Джонсоном, а для привлечения денежных средств он предполагал пойти обычным путем - увеличить уставной капитал с одного миллиона до двух выпуском 4 000 паев номиналом в 250 рублей. При этом было задумано, что часть своих долей новым пайщикам должны отдать собственники Голенищевы. Это оказалось неприемлемым для них.

Получив в 1899 году разрешение на увеличение уставного капитала, правление товарищества решило пойти менее рискованным путем и выпустить облигации на 500 000 рублей. После обсуждения этого вопроса с представителем Министерства финансов, пусть с трудом, но разрешение на выпуск 4,5% облигаций на срок 23,5 года было получено. Вонлярлярский вошел в правление товарищества Ново-Сампсониевской мануфактуры, куда вошли и Голенищевы. Джонсон и Кухнов стали миноритариями Митрофаниевской мануфактуры.

Владимир Вонлярлярский активно занимался предпринимательством на деньги Голенищевых. По натуре он был спекулянт, и его коммерческая цель состояла в выгодной перепродаже: купить что-нибудь ненужное подешевле, чтобы продать это как можно дороже. Владимир Голенищев был и вовсе далек от таких низменных вещей, как зарабатывание денег. Но для образа жизни возвышенного ученого, который он вел, требовались деньги, и немалые деньги. Наверное, поэтому он полагался в низменных вопросах на Вонлярлярского, обладавшего широкими связями среди представителей российской элиты эпохи царствования последнего русского императора и умевшего внушить уверенность в близком коммерческом успехе.


Коллекция Владимира Голенищева в его доме в Петербурге на Моховой №15

Еще в 1895 году были куплены Вонлярлярским у Веро-Надеждинской компании господ Романовских доли в золотых приисках на Южном Урале в Оренбургском горном округе. Золотоносные кварцевые жилы разрабатывались там с 1870 года. Для извлечения прибыли от добычи золота была образована "Владимирская золотопромышленная компания", участие в которой делилось на 100 паев в равных долях (по 50 каждому) принадлежавшее двум Владимирам: Вонлярлярскому и Голенищеву. Добыча велась на шести приисках, где "Владимирской компании" принадлежала половинная доля. Кроме этих работавших приисков у компании было 17 приисков, где добыча золота уже не велась.

К 1902 году количество приисков составляло уже более 60, "Владимирская золотопромышленная компания" была реорганизована в "Средне-Уральское золотопромышленное акционерное общество" с основным капиталом в 1 000 000 рублей в виде 2 000 акций на предъявителя номиналом по 500 рублей. Данных о добыче золота Владимирской золотопромышленной компании за 1895-1899 годы мне найти не удалось, но в 1902 годы общество добыло на девяти рабочих приисках всего 211 фунтов золота.

Однако это нисколько не ослабляло коммерческий пыл Вонлярлярского. Он продолжал тратить деньги Голенищевых, принимая участие в различных предприятиях и аферах.

Меня иной раз удивляет неразборчивость истории: достаточно человеку купить золотые прииски, потерпеть в этом деле финансовый крах, чтобы в анналах истории он оказался записан в качестве богатого золотопромышленника.

Пока Владимир Голенищев занимался наукой, Вонлярлярский со своим старшим сыном Дмитрием оказался замешанным в предприятии, по мнению части историков ставшем поводом к одной из позорных страниц правления Николая II - к Русско-японской войне, резко ухудшившей экономическое, моральное и общественно-политическое положение России. Вонлярлярский был в приятельских отношениях с товарищем по Кавалергардскому полку отставным офицером и государственным деятелем, Александром Михайловичем Безобразовым.

Безобразов считал, что России следует аннексировать Корейский полуостров коммерческими методами. Для начала создать по границе с Кореей, вдоль реки Ялу сеть коммерческих предприятий и, постепенно расширяя их деятельность, мирно завоевать Корею. Эта идея Безобразова нашла сторонников в правительстве, впоследствии названных "безобразовской кликой", которая стала оказывать влияние на Николая II.

Поскольку государственная казна при противодействии идее Безобразова со стороны министра финансов Витте от участия в данном проекте устранилась, то в дело вступил частный капитал. На частные деньги в июле 1901 года было организовано "Русское лесопромышленное товарищество", купившее у владивостокского купца Юлия Бринера концессию на эксплуатацию леса в бассейне реки Ялу, полученную им от корейского правительства. Вошел в это товарищество и Вонлярлярский.

Императору мысль о мягком захвате Кореи коммерческими методами, судя по всему, импонировала, и в 1903 году он направил на Дальний Восток для изучения вопроса группу сановников. В этой миссии был старший сын Вонлярлярских, Дмитрий вместе со своей молодой женой, бывшей фрейлиной Надеждой Дмитриевной, урожденной Набоковой - родной теткой будущего писателя Набокова. Разрешение взять с собой жену Дмитрий получил от Николая II.


Дмитрий Владимирович, внук Семена Васильевича Голенищева, племянник египтолога Владимира Семеновича Голенищева, со своей женой Надеждой Дмитриевной Вонлярлярской, урожденной Набоковой, теткой писателя Владимира Набокова. 1903 год.

Активность русских коммерсантов на Корейском полуострове в бассейне реки Ялу заставила Японию летом 1903 года поднять вопрос о разграничении с Россией сфер влияния на Дальнем Востоке. Переговоры между Россией и Японией закончились войной 1904-1905 годов. Естественно, что "Русское лесопромышленное товарищество" на Корейском полуострове потерпело финансовый крах.

Летом 1904 года Вонлярлярский поступил на службу при дворе: "30 июля 1904 года я был пожалован в должность шталмейстера* Высочайшего Двора; с утверждением в должности я впоследствии производился бы автоматически в тайные советники и мог занять соответствующий пост в чиновной иерархии", - писал в своих воспоминаниях уже в эмиграции В.М.Вонларлярский. Употребленная им частица "бы" указывает, что этому прекрасному будущему не суждено было сбыться: мог, да не смог.
*Шталмейстер - начальник конюшни.


Владимир Михайлович Вонлярлярский в мундире шталмейстера в 1904 году.

Попытки правления Товарищества Митрофаниевской мануфактуры разместить облигационный заем на 500 000 рублей оказались неудачными: ценные бумаги фабрики, находящейся в состоянии, предшествующем банкротству, не пользовались спросом на бирже. Долги Товарищества Митрофаниевской мануфактуры составили 1 549 141 рублей, из которых владельцам компании, Голенищевым, Товарищество было должно 1 364 657 рублей. "Товарищество Ново-Сапсониевской мануфактуры" было объявлено несостоятельным.  

В декабре 1903 года на собрании пайщиков Товарищества Митрофаниевской мануфактуры было решено о создании ликвидационной комиссии по делам фирмы в составе В.М.Вонлярлярского, И.Г.Кухнова и И.П.Джонсона - кто развалил, тот и ликвидировал. Потерпела крах затея с золотыми приисками.

"Малоуспешность" предприятия добычи золота на Урале не охладила желание Вонлярлярского найти свой собственный "настоящий Клондайк". После открытия богатейших месторождений золота на Аляске американские предприниматели обратили свое пристальное внимание на российский северо-восток, представляющий собой, по их мнению продолжение западной части американского континента. В русле этой концепции Чукотский полуостров рассматривался ими как аналогия Аляски.

С 1899 года американцы в России стали добиваться концессии на добычу полезных ископаемых на Чукотке через некоего Подгорского. Русское правительство отказало американским концессионерам, но предоставило право на такую разработку "единственному русскому предпринимателю, от которого также поступило однородное с американским предложение, а именно отставному гвардии полковнику Вонлярлярскому". На основании Высочайше утвержденного разрешения 17 апреля 1900 года Министерством Земледелия и Государственных Имуществ заключило с ним контракт, предоставляющий полковнику Вонлярлярскому исключительное право на добычу полезных ископаемых, включая золото и платину, в течение 5 лет по всему Чукотскому полуострову, а по истечении этого срока ему разрешалось добывать ископаемые только в отдельных, выбранных им местах. По истечении второго пятилетнего срока полковник Вонлярлярский должен был перейти в разряд обыкновенных золотопромышленников Приморской области, не обладающих никакими исключительными правами.

Вонлярлярский "заинтересовал в своем предприятии английский синдикат капиталистов и летом 1900 года снарядил первую экспедицию на Чукотский полуостров во главе с горным инженером К.И.Богдановичем". Вывод Богдановича впоследствии подтверждался многими исследователями: на Чукотке повсюду есть следы золота. Далее вместо английского синдиката в дело вошли те самые американцы, которые добивались концессии у русского правительства в 1899 году.

В 1902 году Вонлярлярский совместно с кандидатом права Федором Михайловичем фон-Кузе, который вероятно был номинальным участником, организовал акционерное "Северо-Восточное Сибирское общество" передал "Обществу" свое исключительное право на добычу полезных ископаемых на Чукотке. Используя личные связи, Вонлярлярский добился разрешения на внесение изменений в Устав, включая право "Общества" торговать разными товарами и добывать полезные ископаемые не только на Чукотке, но и в других местах Приморья. Изначально Уставом предписывалось, что директора-распорядители "Общества" могут быть только лица православного вероисповедания русского происхождения. Этот пункт был изменен и директором-распорядителем Общества стал иудей американского происхождения (так в переписке Столыпина с министрами) Джон Розен (John Rosene) - президент "Северо-восточной коммерческой компании" в Сиэтле (США).


Карикатура на Джона Розена из книги "Рисунки и карикатуры жителей Сиэтла", автор Edwin Frederick Brotze. Рисунок с портрета Джона Розена 1906 года.

Джон А. Розен (1861-1918) родился на ферме недалеко от Кристианы, Норвегия (Christiana, Norway). Подростком нанялся матросом на торговое судно и оказался в Филадельфии в 1880 году после кораблекрушения. В 1897 году он уехал на Аляску в Доусон-Сити. Видимо, ему там повезло и удалось как-то поправить свои финансовые дела. Через три года он приехал в Сиэтл и создал там Северо-западную коммерческую компанию (Northwest Commercial Co). Он был женат на Мэри А. Коркинс (Mary A. Corkins), от которой у него было двое детей.


Джон Розен (отмечен красной стрелкой) среди Совета директоров Выставки Аляска-Юкон-Тихоокеанский регион. Сиэтл, 1909 год.

За деньги Вонлярлярский готов был продать все. "Северо-Восточное Сибирское общество" стало легальным путем реализации интересов американцев на Чукотке и в Приморье. Их интересовала торговля с местными населением, обмен шкур, моржового клыка и других продуктов охотничьего промысла на оружие, патроны, бытовые предметы и, конечно, алкоголь. Кстати, продажа алкоголя на Чукотке правительством Росси была запрещена. Фактически "Общество" действовало так, как в нашем представлении действуют грабители, спаивающие туземцев, чтобы нажиться на них.

Американцы пытались искать золото на Чукотке, но успеха в этом не достигли. Правление "Общества", учрежденного Вонлярлярским, находилось в Сиэтле, а настоящим хозяином его был президент "Северо-западной коммерческой компании" Джон Розен. Формально Владимир Голенищев в деле не участвовал, но вероятность, что и в этом "бизнесе" отставного гвардейского полковника Вонлярлярского крутились его деньги, исключать никак нельзя - ведь сам он устранился от управления своим капиталом, а делами управлял Вонлярлярский.

К 1908 году стало ясно, что деньги закончились. Осознание этого факта поставило Владимира Голенищева перед необходимостью решать, как жить дальше. Он с 1898 года владел домом в Санкт-Петербурге по улице Моховой № 15, где в четырех специально оборудованных залах располагалась его коллекция, собранная за тридцать лет. Единственным выходом из положения для В.С.Голенищева осталась продажа имущества, включая коллекцию, чтобы рассчитаться с долгами и обеспечить себе средства к существованию. Коллекция была оценена им в 400 000 рублей.

В начале 1908 года группа ученых обратилась в Российскую Академию наук с предложением приобрести коллекцию Голенищева для любого российского музея. Голенищевым было подано предложение в Министерство двора о приобретении коллекции за счет личных средств императора Николая II, но император не счел возможным такое приобретение. Но именно Николай II рекомендовал правительству рассмотреть вопрос о покупке коллекции из общегосударственных средств. Кабинет министров тоже не нашел возможным выделить такую сумму за приобретение в казну коллекцию древнеегипетских предметов. Оставалось внести вопрос о приобретении коллекции через принятие специального решения Государственной думой. Это сильно затягивало решение вопроса, но другого пути продажи коллекции для Голенищева не существовало.

Иногда можно встретить утверждения, что якобы Голенищеву за коллекцию предлагали за пределами России сумму в 600 000 рублей, но он непременно желал продать коллекцию в России. Изучив переписку между различными лицами, причастными к приобретению коллекции Голенищева, я считаю, что эти утверждения вымышленные: вариант продажи коллекции за рубеж не рассматривался и иных путей, кроме продажи ее в России, у Голенищева не было. Фактически он был в таком положении, что готов был продать коллекцию кому угодно, хоть за 350 000 рублей, но только быстро. Продажа коллекции затянулась на год: лишь в апреле–мае 1909 года соответствующий закон был принят Думой и утвержден Государственным советом и императором.


Зал искусства Древнего Египта в Государственном музее изобразительного искусства им.Пушкина в Москве. Фотография с сайта Музея.

Утвержденный 10 мая 1909 года Николаем II специальный закон определил ежегодную ренту В.С.Голенищеву в размере 24 тысячи рублей. 25 июля 1909 года коллекция была принята от Голенищева. Она насчитывала 5437 предметов, о чем свидетельствует акт, подписанный специальной комиссией Министерства просвещения. Местом хранения коллекции был выбран создаваемый московский Музей изящных искусств имени императора Александра III. Голенищев был избран действительным членом комитета по устройству этого музея. В Москву экспонаты коллекции, упакованные в 224 ящика, были доставлены под охраной солдат Преображенского полка в апреле 1911 года.

Владимир Голенищев покинул Россию в 1910 году. На открытие Музея Изящных искусств им.Александра III, где разместилась его коллекция, он не приехал. Хранителем коллекции в Музее по настоянию И.В.Цветаева стал профессор Петербургского университета Б.А.Тураев, который так писал Голенищеву: "Вам пришлось пережить тяжелый удар, расставшись с частью своей души, но да будет Вам утешением то, что Вы имеете возможность видеть при жизни, какие необычайные плоды принесла Ваша деятельность. Ни одна из громких египетских коллекций в мире не вызывает такого, не скажу интереса, а исступленного энтузиазма, как Ваша. Посетители в музей валят тысячами; путеводители раскупаются нарасхват — в два месяца продано 12 тыс. экземпляров. Ваше имя у всех на устах: египетский зал музея называют храмом, в который надо входить с трепетом и которому не место в общем здании музея".

Такие вот "трепетные" для души места, такие храмы создаются и содержатся на низменную материю - деньги. Главным материальным фактором, позволившим Цветаеву создать музей, ставший впоследствии Пушкинским - это 2 000 000 рублей, из денег Ивана Сергеевича Мальцова, унаследованных его племянником, Юрием Степановичем Нечаевым. Мальцов с Соболевским в 1836 году основали в Петербурге на Выборгской стороне Сампсониевскую мануфактуру, которую они продали в 1851 году. Эта мануфактура стала основанием для создания купцом второй гильдии Джозефом Шау "Товарищества Ново-Сампсониевской мануфактуры бумажных изделий", с которым состояло в кооперации "Товарищество Митрофаниевской мануфактуры" Голенищевых.

Иван Сергеевич Мальцов - один из примеров успешного дворянина-промышленника, долго бывшего на государственной службе по дипломатической части. Но в основе богатства Мальцовых лежат все те же купеческие деньги Акима Мальцова, возведенного в дворянство за организацию стекольных заводов.

Основные богатства Пушкинского музея - это собрание импрессионистов и коллекция древностей Голенищева, составленные купеческими сыновьями на купеческие деньги.


Зал Клода Моне в Государственном Музее изобразительного искусства им.Пушкина в Москве. Фотография музея.

Богатства Голенищевых созданы трудом Семена Голенищева на винных откупах, производстве кирпичей, выработке мануфактуры, торговле хлопком... Без этих богатств не было бы знаменитого египтолога Голенищева. Деньги, доставшиеся Владимиру Семеновичу Голенищеву от отца, позволили ему заниматься тем, что его интересовало, реализовать его научные изыскания и собрать значительную коллекцию древностей. Когда деньги кончились, он утратил возможность заниматься дальнейшими масштабными научными изысканиями и вынужден был расстаться со своей коллекцией. Лишенный средств к существованию, с трудом он получил место преподавателя в Каирском университете, где проработал с 1923 года шесть лет, потом вышел на пенсию. С женой они постоянно жили в Ницце, но приезжали каждый год на зимние месяцы в Египет.

Умер Владимир Голенищев в 1947 году в Ницце, похоронен на местном кладбище Кокад.
Tags: Вонлярлярский, ГМИИ, Голенищев, Кокорев, Набоков, Розен, Цветаев, золото, купечество
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • 60 лет полета Юрия Гагарина в космос!

    Не будет, не будет полета последнего. Помнят люди твой первый полет!

  • Русская интеллигенция.

    По словам Петра Струве, "Идейной формой русской интеллигенции является ее отщепенство, ее отчуждение от государства и враждебность к нему".…

  • Право переписки.

    О переписке и почтовых адресах заключенных в эпоху коммунистических репрессий. Знакомство с делом репрессированного родственника подобно окну в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments