?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: музыка

Сегодня в 19.00 в Концертном зале им.Рахманинова (Мичуринский проспект, Олимпийская деревня, дом 1), концерт Мюнхенского Баховского хора под управлением Хансйорга Альбрехта и Государственного академического камерного оркестра России: два Баха - отец и сын, два варианта "Магнификат" с лекцией. Вход свободный при наличии билетов.



Такая реклама приходит мне на почту.



Бах-отец Магнификат в исполнении хора и оркестра под управлением Николаса Арнонкура (Johann Sebastian Bach: Magnificat in D major, BWV 243 - Nikolaus Harnoncourt)

На сайте Филармонии есть возможность слушать некоторые трансляции в режиме он-лайн. Нужна только регистрация. Сравнивали концерты с присутствием в зале и просмотренные удаленно. Вполне можно смотреть и слушать на экране. Чтобы послушать Магнификат Баха-сына в переложении для флейты с оркестром, нужно идти на концерт. Трансляции этого концерта не будет.
Он умер вскоре после празднования своего пятидесятилетия. Шутник и ипохондрик, по десять раз в день вызывавший врача, сочинявший о себе шутки-небылицы, писавший себе письма и бравший сам у себя интервью, ходивший в жару в теплом пальто и перчатках, носивший с собой кучу таблеток, записывавший состояние своего здоровья, все боли и колики, состояние пищеварения и стула... Боявшийся заболеть и умереть.

Он фиксировал свои недомогания в записных книжках: боли в различных областях опорно-двигательного аппарата, гипертония, желудочно-кишечные растройства, бессонница и еще целый список недомоганий с головы до ног. Однако он никогда не мог увидеть причины своих недомоганий в образе своей жизни: такая связь ему не приходила в голову. Он менял докторов, в огромных, угрожающих количествах принимал лекарства: за сентябрь 1982 - последний в жизни - ему было выписано две тысячи таблеток - 7-8 в день.

Гульд боялся, что именно гипертония будет причиной его смерти, потому что и по отцовской и по материнской линии эта склонность к болезни была наследственной.
Через два дня после своего пятидесятилетия он ночевал у себя в номере отеля. Проснувшись почувствовал себя "не совсем хорошо": болела голова и онемела нога. Но доктор, зная его всегдашнее необоснованное беспокойство, доктор, которого Глен вызывал к себе по пять-восемь раз в день, не приехал. После обеда речь стала путаться, тогда вызвали "скорую", которая увезла его в больницу в Торонто. Через сутки проявились признаки спутанности сознания, сделали томографическое обследование, которое показало картину правостороннего отека головного мозга. Медикаменты не позволили снизить внутричерпное давление. Гульд в состоянии комы был помещен в отделение интенсивной терапии. Больше он уже не придет в сознание. Согласно ранее оговоренной вероятности, после того, как была диагностирована "смерть мозга", в понедельник, 4 октября, была отключена аппаратура жизнеобеспечения, и в 11 часов утра была констатирована смерть. Вскрытие показало, что причиной был тромб.

Можно сказать, что Гульд не единственный музыкант, не единственный исполнитель ХХ века. Что его исполнение, манера, музыкальная исполнительская философия может быть предметом спора. Все это так. Индивидуальность всегда может быть предметом спора. Не может быть предметом обсуждения пустота. Но существует случайность, когда через какое-то музыкальное событие вдруг постигаешь многое. Это событие начинает вытягивать за собой другие, огромные и не очень, важные и менее значимые. Все эти события рисуют картину, до этого невиданную и поражающую воображение, чувства, ощущения. Это такая культурная революция сознания. После такого события в жизни, как Гульд, уже невозможно оставаться прежним слушателем. Неизбежно "корпускулы гульда" входят в строение мира, делают его полным, разнообразным, плодотворным.

Он говорил, что "«Назначение искусства не в моментальном выбросе адреналина, но скорее постепенное, в течение всей жизни созидание состояния изумления и ясности.» Именно вот эту ясность он приносит в мое восприятие музыки. У Пушкина Сальери говорит Моцарту "Ты, Моцарт бог, и сам того не знаешь." Глен знал, насколько он бог. Я уже писала, что язык музыки был для него родным, естественным. Трудно сказать, возможно он и был его первым языком, а речь - вторым. Я проверяла его действие на людях, которые равнодушны к классике. Слышаший всегда слышит "голос" Гульда. Его исполнение выделяется, отличается, завораживает, привлекает. Я знаю, как это происходит. Однажды включив телевизор, когда на канале Культура транслировалась его запись шестой партиты Баха, я просидела сорок минут записи на полу перед экраном в благоговейном состоянии, а потом еще сколько-то в ощущении, что что-то свершилось. Мир изменился. Произошло открытие. Я не знала, кто этот странный, отрешенный, неловкий, священодействующий человек, который творит с роялем эти невероятные чародейства, заставляющие обычные клавиши дышать музыкой, излучать неслыханный мной доселе спектр запредельной музыкальной духовности. Да и музыка ли это была... Это был Гульд, имя которого я только слышала до этого, но неузнанное оно было для меня только одно из многих иных исполнительских имен. Я многое открыла, когда стала изучать этот мир, носящий его имя. У меня отсутствует орган, который делает человека фанатом чего-то. Я не "гульдианка". Я просто люблю музыку.

Profile

bettybarklay
bettybarklay

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel